Разговор с Алиной Лисянской

[Иван Капсамун]

Так оно и есть...

[Алина Лисянская]

Значит все-таки молдаванка. Понятно. А то некоторые тут спорят.

[Иван Капсамун]

По самой фамилии можно сделать такой вывод...

[Алина Лисянская]

По фамили можно сделать вывод только наполовину.

[Сергей 1959]

Алина, здравствуйте!
"Балладу о четырех заложниках " написал белорусский поэт Аркадий Кулешов.Перевод сделал Михаил Исаковский.Эту поэму можно прочитать во втором томе пятитомного издания Исаковского, которое вышло в 1981 году в издательстве "Художественная литература"

[Алина Лисянская]

Что-то у меня не получается, Сергей, найти произведение в инете.

Про самого Миная много информации. Я уже почитала. А  произведение не найду. Ну я еще поищу.

[Сергей 1959]

Алина, здравствуйте!

Аркадзь Куляшоў

Балада аб чатырох заложніках



Іх вядуць па жытняй сцяжынцы.
Чатырох.
Пад канвоем.
З дому.
Чатырнаццаць - старэйшай дзяўчынцы,
Тры гады хлапчуку малому.
Разам з імі ў падвал халодны
Гоняць цётку - сястру Міная,
А Мінай - гэта бацька іх родны,
Бацька родны,
Мсціўца народны.
Піша вораг аб ім у газетах,
Аб чырвонай
Брыгадзе ягонай,
Па усіх
Былых сельсаветах
Клеюць новы
Загад суровы.
Са слупоў, са сцен, аканіцаў
Пагражаюць Мінаю загадам:
Ён павінен скарыцца,
З'явіцца,
Здацца ў рукі фашысцкім уладам.
І вісіць той загад друкаваны
На Мінаевай хаце і клеці;
А не з'явіцца - расстраляны
Будуць заўтра заложнікі -
Дзеці...
У чаканні смяротнага часу
У падвале дзеці Міная.
З імі цётка іх родная разам,
Ёй таксама расстрэл пагражае.
- А чаму нас вартуюць салдаты? -
Знаць маленькаму хлопчыку трэба. -
А чаму не пускаюць з-за кратаў,
За якімі і сонца, і неба?
А ці скора нас вызваліць татка?
- Скора, - цётка гаворыць малому, -
Татка прыйдзе і ўсім нам, дзіцятка,
Волю дасць, і мы пойдзем дадому...
- А чаму не прыходзіць ён?
Сыну
Цяжка ўсё растлумачыць адразу.
- Спі, засні, - суцяшае жанчына
У чаканні смяротнага часу.
Цётка дзецям, уклаўшы малога,
Кажа праўду пра лёс іх суровы.
Не павінен ведаць нічога
Толькі меншы - сын трохгадовы.
- Вы нічога яму не кажыце, -
Навучае
Дзяцей Міная.
Сын у сне гаворыць аб жыце,
Па якому
Пойдзе дадому.
У астрожнай
Трывожнай
Цішы
Сняцца краты меншаму сыну:
- Тут і мокрыя сцены,
І мышы...
Татка, татка... забыў нас... пакінуў.
- Спі, засні, - суцяшае кабета, -
Спі, сынок, не твая гэта справа.
Спі, наш татка не прыйдзе,
На гэта
Ён не мае бацькоўскага права.
Ноч праходзіць,
Сонца ўзыходзіць,
Заспявалі жаўранкі ў полі.
Іх выводзяць салдаты
За краты.
Хлопчык рад і сонцу, і волі.
Іх салдат
Да сцяны прыстаўляе.
Цэліць кат
У льняныя галовы,
Пачынае
З сына Міная.
Стрэл.
Упаў хлапчук трохгадовы...
Кат ізноў пісталет узнімае...
На сцяне - заложнікаў цені...

Вось і ўсё.
Перад бацькам Мінаем
Станьце, ўсе бацькі, на калені!

Чэрвень 1942 г.

[Алина Лисянская]

Спасибо, большое, Сергей.

[Алина Лисянская]

Да я понимаю, - сложности пубертатного возраста..   то , ..  сё...

И тем не менее - созрел у меня неожиданный нежный вопрос: Скажите, Алина, - вот вы в самом послеармейском возрасте-- А где ж вы служили, Алина?
Где  и как  защищали страну, в которой живёте?...
И каков же был ваш профиль?

Вопрос прямой, простой и совсем не праздный..

Аркадий Викторович, Вас уже выпустили из сумашедшего дома?

Отвечаю на Ваш праздный, переходящий на личности, некорректный вопрос.

За год до призыва, еще в школе я со своей подругой, младшей меня на год, создала приют для бездомных животных. Без дотаций, но в контакте с мерией, с государственным приютом  и районным отделением полиции.
Через год на призывном пункте, в связи с этим была создана комиссия, которая нашу деятельность посчитала общественно полезной и признала альтернативной прохождению службы в армии. Мне присвоили 82 профиль, воинский личный табельный номер и отправили домой.
Через год то же право признали за моей подругой Светой и присвоили ей высший армейский профиль 97.
За шесть лет, через наши руки прошли сотни животных, множество следственных дел. Два абсолютно безнадежных дела по защите собак, я выиграла лично, избавив животных от санкций, гараздо более печальных, чем просто гуманное усыпление. Как известно в Израиле сушествуют тюрьмы для собак. Лучше бы этого не знать.
Наша общая со Светой бескорыстная, т.е. безвозмездная  дань в пользу государства на протяжении всех лет составляет порядка 5000 шекелей ежемесячно. Иногда больше, но никогда не меньше.
А, что Вы, Аркадий Викторович, сделали полезного для страны в которой живете?

P.S. Пубертатный период у меня благополучно и, в суматохе дел, незаметно завершился.
А у Вас видимо начался поновой, только уже в обратном порядке. Именно этим доктор Фрейд объяснил бы Ваше пристальное ко мне внимание.
Так, что Ваш вопрос ко мне не созрел, а точнее будет сказать -- увял.

Как Вам удалось выплакать освобождение из гетто?

[Eugene]

Алина, а что значит "санкции, гораздо более печальные, чем гуманное усыпление"?
Про тюрьму для собак сам нашёл: http://staffstyle.ru/newshowfull-1232752134---3.html

[Алина Лисянская]

Евгений, я неправильно выразилась. Самое гуманное, что существует в отношении животных, это гуманное усыпление.
В эту тему лучше не углубляться.
Та человеческая деятельность с которой приходится сталкиваться постоянно, не оставляет шанса на уважение этого человечества.
Исключение составляет не на словах, а на деле только Швеция, которая пару лет назад уравняла ответственность за преступления перед животными и людьми.

Эти фотографии, всего лишь незначительный фрагмент той деятельности. А фотографии со значительными фрагментами я прислать просто не могу.

[Алина Лисянская]

.

[Boris Bernshteyn]

Та человеческая деятельность с которой приходится сталкиваться постоянно, не оставляет шанса на уважение этого человечества.

А вот Ваша деятельность в данном случае как-раз заслуживает уважения. И человечество не кажется таким уж плохим, когда есть в нём примеры такой вот деятельности...

[Алина Лисянская]

Спасибо, Борис. Для меня лично отношение человека к животным, является важнейшей его характеристикой.
И я не сомневаюсь, что Вы тоже гуманист.

[Киже]

Самое гуманное, что существует в отношении животных, это гуманное усыпление.

Неужели это гуманнее, чем просто взять собачку из шелтера? Особенно, если ей часы остались до гуманного усыпления.