Разговор с Владиславом Мисевичем

[Наталья Гехт]

Владислав Людвигович, здравствуйте! Расскажите о Мулявине

[Владислав Мисевич]

Владислав Людвигович, здравствуйте! Расскажите о Мулявине

тебе же сказали не занимайся провокацией и не майся дурью.

[Владислав Мисевич]

Мой первый концертный день с ними в Ташкенте. После концерта я, никакой, сажусь в автобус вместе с опытными артистами, выглядящими достаточно свежо. С нами напросилась доехать до центра города благодарная слушательница, пожилая женщина с девочкой, восторженно поглядывающая на заходящих в автобус кумиров.
Наконец появляется заслуженный артист, входящий в автобус в хорошем настроении и со словами: "Вот, блядь, на @#$, в @#$%у, отсосёт..." Женщина аж вжалась в сиденье, прикрыв телом ребёнка.
Кто-то попытался его остановить, показывая глазами на попутчиков.
Наш артист: "А какого хуя, это наш автобус, пусть валит в @#$%у..."
Так впервые я начал понимать, куда я попал...

9з  Ты Боря побыл в ансамбле несколько лет а воспоминаний на всю оставшиюся жизнь. И ты сделал выводы в результате чем ты занял себя в результате этих выводов. На что потратил свой талант? Наполнил бы я тебе забыть тобой лексику но боюсь ты уже русский забыл. Да и на хрена он тебе нужен? Негры тебя посылают на своём языке. Убогий ты и несчастный.
 

[Boris Bernshteyn]

Еще раз вспомнилось «второстепенное»...
Тем более отец Олег Верещагин милостиво разрешил...
Я баню очень люблю. Какой русский (а тем более еврей) ее не любит? И за долгие годы парения на мне испробовало свой веник огромное количество мастеров своего дела.
Так вот, по моим наблюдениям Владислав входит в пятерку, нет даже в тройку самых талантливых в этом деле. В любом деле нужен талант, свинг, и у каждого, если поискать, он есть! Будем справедливы! 

[Владислав Мисевич]

Еще раз вспомнилось «второстепенное»...
Тем более отец Олег Верещагин милостиво разрешил...
Я баню очень люблю. Какой русский (а тем более еврей) ее не любит? И за долгие годы парения на мне испробовало свой веник огромное количество мастеров своего дела.
Так вот, по моим наблюдениям Владислав входит в пятерку, нет даже в тройку самых талантливых в этом деле. В любом деле нужен талант, свинг, и у каждого, если поискать, он есть! Будем справедливы! 

Боря дорогой давай общаться на этом языке. Как же приятно. Спасибо тебе. Я в свою очередь скажу что лучше басиста у нас так и не появилось. Ты музыкант от Бога. Всё остальное не имеет значение. Будь здоров.

[Boris Bernshteyn]

Владик, не могу оставить без ответа твое предложение общаться. Я тебе просто и откровенно скажу, что дал себе слово прекратить всяческое общение с людьми, поддерживающими Путина, или Лукашенко. И слово свое держу.
Извини!

[Eugene]

[Incurious]

Вопрос которого я ждал и наконец я его дождался. Обязательно поделюсьсь с вами своими размышлениями на этот счёт.

Рад тому, что мой вопрос оказался в тему . В двух словах на него не ответишь, и потому позволю себе пред(по)ложить, что начать можно было бы с того, о чем Ваше представление уже устоялось и не требует дополнительной рефлексии.

изымать сообщения, чтобы не оставлять их для истории.

«Из песни» , Модест, «слова не выкинешь». Сколько историю не переписывай, Клио всё равно расставит всё по СВОИМ местам, без нашего с вами участия.

[Владислав Мисевич]

Владик, не могу оставить без ответа твое предложение общаться. Я тебе просто и откровенно скажу, что дал себе слово прекратить всяческое общение с людьми, поддерживающими Путина, или Лукашенко. И слово свое держу.
Извини!

Не могу понять. Моё уважение к тебе как к большому музыканту не зависит от твоих политических предпочтения.  Этот сайт должен быть это предполагать.  Я с наслаждением говорю это тебе. Мы должны говорить о нашей профессии. Мы в этом деле кое что понимаем.

[Олег Верещагин]

дал себе слово

Ну сам себе дал, сам взял обратно, делов-то
Плохо, когда политика вмешивается в музыку. А тем более в личные отношения. Неправильно это...
Среди моих друзей (со школы) есть люди, мягко говоря, не поддерживающие Путина (хотя Путин тут не при чём, я и сам за него никогда не голосовал). Но я не думал с ними прекращать общение. Дружба остаётся с человеком, как и песня...

[modest]

 
    Очевидно, что сообщения с ненормативной лексикой легендарный песняр размещал по-неопытности общения с интернетом. К тому же, они не несут никакой информационной нагрузки - это просто ругань - и могут быть, допустим, через 2 дня после публикации безболезненно удалены.
    Если же их оставить для истории, то этим будет нанесён ущерб репутации легендарного песняра - этого явно добиваются его недоброжелатели.
    К тому же, для О.Верещагина не составляет труда удалить любое сообщение - он этим регулярно занимается. В течение года он, например, удалил несколько моих сообщений без всякого повода и не моргнув глазом...
    А здесь - просто вопиющий случай. Конечно, какое-то время (2 - 3 дня) сообщение с руганью может "повисеть", чтобы возыметь своё действие, но затем подлежит удалению.
    Странно, что о таких вещах приходится говорить.
   

[Boris Bernshteyn]

Оказывается от человека, которого посылают негры, убогого и несчастного очень тонкая грань до лучшего басиста и уважаемого музыканта.

[Истинный поклонник]

Точно.                                                                                                                                                           

Убогий ты и несчастный.

Это "удаляем".                                                                                                                                                   

Боря дорогой

Это для истории.

[Истинный поклонник]

А здесь - просто вопиющий случай.

Да ладно тебе. Ведь ,даже, если кого то из "адекватных", здесь-в теме пошлют, то наверняка "адекватный" это отсканирует, повесит дома на стену и будет всем показывать и говорить-меня САМ послал.

[Иван Капсамун]

Это интересно.

Александр Ширвиндт:
"К старости вообще половые и национальные признаки как-то рассасываются...
Я глубоко пьющий и активно матерящийся русский интеллигент с еврейским паспортом и полунемецкими корнями. Матерюсь профессионально и обаятельно, пью профессионально и этнически точно, с женщинами умозрительно возбужден, с коллегами вяло соревновательно тщеславен.
Но умиротворения нет...
Времени, отпущенного на жизнь, оказалось мало.
Смерти я не боюсь... Боюсь выглядеть старым.
Боюсь умирания постепенного, когда придется хвататься за что-то и за кого-то...
Я красивый старик, боящийся стать беспомощным.
В общем, диагноз – «старость средней тяжести».
В нашем возрасте (от 75-ти и выше) ничего нельзя менять и ничего нельзя бросать.  Я столько раз бросал курить, но ни к чему хорошему это не привело. Возвращался обратно к этому пороку, пока сын, которого я очень слушаюсь и боюсь, не сказал: «Всё, хватит». А потом меня навели на замечательного академика, предупредив, что он никого не принимает, но меня откуда-то знает и готов побеседовать. Я собрал полное собрание сочинений анализов мочи и поехал куда-то в конец шоссе Энтузиастов. Особняк, тишина, ходят милые кривоногие дамы в пластмассовых халатах. Ковры, огромный кабинет. По стенам благодарственные грамоты от Наполеона, от Петра I, от Навуходоносора... И сидит академик в золотых очках.
– Сколько вам лет? – говорит.
– Да вот, – говорю, – четыреста будет.
– Мы, значит, ровесники, я младше вас на год.
Когда он увидел мою папку анализов, взмахнул руками: «Умоляю, уберите». Мне это уже понравилось. Заглядывать в досье не стал. «А что у вас?» Я говорю:
– Во-первых, коленки болят утром.
– А у меня, наоборот, вечером. Что еще?
– Одышка.
– Ну это нормально.
– Я стал быстро уставать.
– Правильно. Я тоже. В нашем возрасте так и должно быть.
И я успокоился.
Раз уж академик медицины чувствует себя так же, как и я, то о чем тогда говорить? На прощание я сказал, что бросил курить.  Он посмотрел на меня через золотые очки:
– Дорогой мой, зачем? В нашем возрасте ничего нельзя менять и ничего нельзя бросать. Доживаем как есть.
Я поцеловал его в грамоты и ушел.
Гений! А если бы он стал читать мою мочу..."